Новость:
12 августа 2026 года во время военно-морских учений на Дальнем Востоке России, президент Путин, находясь на борту ракетного крейсера «Варяг», сделал жёсткое предупреждение, что если европейские страны продолжат свои планы по захвату российских торговых судов, Москва ответит тем же, причём не обязательно в тех водах, где будут атаковать российские суда, а в любом месте, которое сочтёт подходящим, в том числе в Тихом океане.
Комментарий:
Это предупреждение прозвучало после задержания по меньшей мере девяти судов, относящихся к «теневому флоту», в разных частях Европы с начала 2026 года. Среди них —четыре судна, задержанные Францией, а также судно «Смиртос», задержанное Великобританией в Ла-Манше 14 июня. Путин назвал действия Запада пиратством и воровством.
Россия укрепила свой «теневой флот» после того, как санкции стран «Большой семерки» и ЕС, а также ценовой потолок на нефть ограничили её традиционный доступ к западным транспортным, страховым и финансовым услугам. Это было сделано с помощью обширной сети старых танкеров, принадлежащих непрозрачным офшорным компаниям и зарегистрированных под постоянно меняющимися — а иногда и поддельными — иностранными флагами, что позволило транспортировать российскую нефть в обход логистической и страховой системы, подконтрольной Западу. Однако такие методы, как использование нескольких флагов, их частая смена, фиктивная регистрация и отсутствие надлежащего контроля, привели к тому, что многие суда лишились четкой государственной принадлежности и эффективной защиты со стороны государства флага. Это создало правовую лазейку, которой сейчас пользуются Великобритания и другие европейские страны. Судно «Смиртос» дважды меняло своё название и флаг с момента введения против него санкций в июле 2025 года. Оно ходило под флагом Камеруна, однако Камерун исключил его из своих реестров, в результате чего судно фактически оказалось без действительной государственной принадлежности. Это позволило Великобритании воспользоваться правовым основанием, предусмотренным статьёй 110 Конвенции ООН по морскому праву, которая разрешает военному кораблю подняться на борт судна в открытом море, если имеются разумные основания подозревать, что оно не имеет принадлежности к конкретному государству. Заявляя о наличии таких оснований, Великобритания высадилась на борт судна, подтвердила его статус как судна без принадлежности и применила к нему соответствующие санкции.
Тем не менее, эта же правовая база, сделавшая возможным захват судна «Смертос», обнажает и лицемерие Запада. Согласно статье 92 Конвенции ООН по морскому праву, суда в открытом море находятся под исключительной юрисдикцией государства своего флага. Если судно неофициального флота имеет подлинную российскую регистрацию, как это происходит сейчас со многими из них ввиду усилий Москвы по легализации своего торгового флота, британский или французский военный корабль не имеет права в одностороннем порядке высаживаться на его борт лишь на том основании, что оно перевозит находящуюся под санкциями нефть. Принцип свободы судоходства и юрисдикция государства флага дают России сильный юридический аргумент против любых подобных перехватов. Европейские правительства попытались обойти это ограничение, сделав своей целью суда с сомнительными флагами или отсутствием надлежащей страховки, однако правовое основание для таких задержек остается спорным. Даже в территориальных водах статья 17 Конвенции ООН по морскому праву гарантирует иностранным торговым судам право мирного прохода. Конвенция прямо не указывает, что перевозка российской нефти в нарушение одностороннего режима европейских санкций автоматически лишает проход статуса «мирного».
Избирательное применение этих правовых норм свидетельствует о том, что международное право перестало быть нейтральным инструментом и превратилось в оружие в руках колониальных держав. Те самые государства, которые сегодня ссылаются на Конвенцию ООН по морскому праву для обоснования досмотра российских нефтяных танкеров, ранее демонстрировали вопиющее пренебрежение к морскому праву всякий раз, когда оно вступало в противоречие с интересами их союзников. Так, например, еврейское государство неоднократно нарушало территориальные воды Ливана и Сирии, вводило незаконную морскую блокаду сектора Газа и использовало свои военно-морские силы для перехвата судов с гуманитарной помощью. Однако ни один европейский флот не вмешался в ситуацию, и ни одно западное правительство не предложило ввести санкции. Выданные Международным уголовным судом ордера на арест Путина (в марте 2023 года) и Нетаньяху (в ноябре 2024 года) иллюстрируют ту же политику двойных стандартов. В отношении Путина действует международный ордер, его активы заморожены, а въезд в Европу закрыт. В то же время Нетаньяху, несмотря на то, что он руководит геноцидом в Газе, по-прежнему принимают в западных столицах как уважаемого государственного деятеля. Европейские лидеры публично подтверждали свою приверженность юрисдикции Международного уголовного суда в отношении Украины, однако явно уклонялись от исполнения ордера на арест Нетаньяху и даже от комментариев по поводу его поездок в союзные государства. Таким образом, соблюдение и применение международного права зависит от политических интересов тех, кто обеспечивает его исполнение, то есть США и их союзников по НАТО.
Российская власть слишком поздно осознало двуличие Запада, хвалившего Москву за переход к капитализму в последние дни распада Советского Союза. В последующие годы, пока Путин стремился стабилизировать ситуацию в стране, Европа налаживала с ней партнерские отношения, и многим россиянам казалось, что они стали частью глобальной семьи, разделяющей европейские ценности. Однако расширение НАТО на восток, вопреки прежним заверениям со стороны США, вызывало всё большую обеспокоенность. Тем не менее даже до начала войны в Украине Россия не осознавала в полной мере стремление Запада расчленить её, несмотря на принятие ею капитализма. Представление о том, что ценности и институты либерального Запада могут быть благотворными и что Россия способна стать равноправным партнёром, напоминает заблуждение многих арабских лидеров, политических элит и партий, которые обратили свой взор к Западу после предательства и разрушения Османского Халифата. Разница лишь в том, что в мусульманских странах продажные правители силой навязывают это заблуждение вопреки естественным устремлениям Уммы к Исламу, тогда как российская власть осознала направленную против него враждебность. В то время как Россия была втянута в конфликт в Украине, переросший для неё в борьбу за выживание, арабские правители изо всех сил пытаются ублажить своих западных покровителей вопреки воле собственных народов и вопреки единственному принципу, достойному вести мир за собой — Исламу.
