Теория устойчивости гегемонии в международных отношениях является глубоко укоренившейся в политологии, экономике и истории. Согласно этой теории, международная система склонна к устойчивости тогда, когда одна определённая держава выступает в роли глобальной доминирующей силы. Впервые данную концепцию сформулировал Чарльз Киндлбергер в своей книге «Мир в депрессии 1929–1939 гг.».
В 2004 году два известных политолога, Джеймс Фирон и Дэвид Лэйтин, писали: «Соединённые Штаты в настоящее время движутся к форме глобального управления», — приходя к выводу о необходимости пересмотра и возобновления соответствующих соглашений, которые ранее были проигнорированы, с тем чтобы перейти к новой форме опеки.
Стивен Краснер, в свою очередь, отмечал: «Если оставить распадающиеся государства с неэффективными правительствами на произвол судьбы, они не смогут самостоятельно восстановиться из-за ограниченности своих административных возможностей».
Что касается политической практики, то после начала войны против Ирака Джордж Буш увидел превосходство Соединённых Штатов и объявил о формировании нового мирового порядка в своей знаменитой речи перед Конгрессом, продемонстрировавшей контуры американской гегемонии на международной арене. Некоторые исследователи также ведут отсчёт политики гегемонии от провозглашения президентом Рональдом Рейганом инициативы Стратегической обороны, известной как программа «Звёздных войн».
В конце 1990-х годов появился так называемый проект «Новый американский век», в котором утверждалось, что «американская сила, если она используется надлежащим образом, способна перестроить международный порядок по демократическому образцу». На эту концепцию опирался и Джордж Буш-младший в своей внешней политике, сформулировав после событий 11 сентября 2001 года своё известное высказывание: «Кто не с нами — тот против нас».
С приходом Трампа к власти точки над «i» были полностью расставлены, и общая картина политики гегемонии стала более отчётливой. Это проявилось в частности, в его заявлении на одной из пресс-конференций, где он пригрозил применением военной силы для присоединения Панамского канала и острова Гренландия, изменением названия Мексиканского залива, использованием экономического давления против Канады, а также превращением Ближнего Востока в ад.
В свою очередь, государственный секретарь США Марко Рубио во время слушаний по утверждению его кандидатуры в Сенате с поразительной откровенностью объяснил, как Трамп отмежевался от мирового порядка, созданного его предшественниками. Он заявил: «Послевоенная мировая система не просто устарела — сегодня она стала оружием, которое используется против нас». По его словам, основанный на правилах международный порядок был построен на ложных предпосылках, и потому от него необходимо было отказаться.
В этом же ключе выступили президент Германии, премьер-министр Франции и премьер-министр Канады, подтвердив, что Трамп фактически работает над разрушением существующей международной системы. Более того, среди политиков и аналитиков почти сложился консенсус относительно того, что формирующийся новый мировой порядок будет строиться на основе абсолютной гегемонии Соединённых Штатов.
Трамп не стал медлить и приступил к реализации политики доминирования во всех её проявлениях. В экономической сфере он, по утверждениям критиков, изъял триллионы долларов у стран Персидского залива, ввёл таможенные пошлины против всех — включая союзников — и потребовал доступа к редкоземельным ресурсам Украины, Тайваня и других государств. В политической плоскости он вышел из десятков международных организаций, в том числе связанных с Организацией Объединённых Наций, а также объявил о создании «Совета мира» в попытке обойти институты ООН. В рамках прямого вмешательства он выступил против назначения Нури аль-Малики премьер-министром Ирака и открыто заявил, что именно он назначил Ахмада аш-Шараа президентом Сирии.
Что касается военной сферы, то он участвовал в разрушении сектора Газа в попытке погасить пламя джихада, которое не угасает с 1948 года. В беспрецедентном историческом случае был похищен президент Венесуэлы прямо из своей резиденции, а сам Трамп заявил, что возьмёт Гренландию даже силой и пригрозил вторжением в Колумбию и Мексику.
Затем он вновь обратил свой взор к Ближнему Востоку, нанеся удары по Ирану в стремлении ограничить его влияние. И если непосредственной целью этих ударов является именно Иран, то сопоставление происходящего с теорией гегемонии указывает на то, что подлинным объектом выступает весь Ближний Восток. Это соотносится с высказыванием Бернарда Льюиса — «отца основателя» концепции повторного раздела государств Ближнего Востока ради облегчения контроля над ними, — который утверждал: «Кто хочет властвовать над миром, должен властвовать над Ближним Востоком».
Ближний Восток представляет собой геополитическое сердце мира и одновременно является духовным сердцем Исламской Уммы, объединённой одной акыдой, чьи корни глубоко укоренены в земле, а ветви устремлены в небеса. Именно это делает её источником опасений и тревоги для западных политиков. Об этом свидетельствует множество исследований, публикаций и публичных заявлений. В качестве одного из примеров можно привести слова бывшего премьер-министра Великобритании Тони Блэра, сказанные им на конференции в одном из британских исследовательских центров: «Политический Ислам — будь то в плане убеждений или силы — представляет угрозу безопасности высшей степени. Если его не взять под контроль, он доберется и до нас».
Как отмечает американский аналитик Стивен: «Наилучший способ обеспечить американские интересы на Ближнем Востоке — это разделить регион на разрозненные малые государства, связанные с Вашингтоном тесными отношениями в сфере безопасности и общими интересами».
Бывший государственный секретарь США Майк Помпео заявлял: «Самую серьёзную угрозу сегодня представляют те, кто воспринимает Ислам как образ жизни и всеобъемлющую систему».
Джордж Буш-младший, в свою очередь, говорил: «Цель мусульман — создание единого государства, которое сможет привлечь такие массы, что они будут способны свергнуть все режимы в регионе и построить фундаменталистскую исламскую империю от Испании до Индонезии».
Запад как в прошлом, так и в настоящем осознавал опасность единства Уммы, и потому стремился разорвать её на части, раздробив на отдельные государства, продолжая сеять между ними семена смуты и раздора. Между тем Всевышний Аллах призывает нас к единству, говоря:
إِنَّ هَٰذِهِ أُمَّتُكُمْ أُمَّةً وَاحِدَةً وَأَنَا رَبُّكُمْ فَاعْبُدُونِ
«Поистине, эта ваша Умма — Умма единая, и Я — ваш Господь, так поклоняйтесь же Мне» (21:92).
Всевышний также предостерёг от разобщённости и раскола:
وَلَا تَكُونُوا كَالَّذِينَ تَفَرَّقُوا وَاخْتَلَفُوا مِنْ بَعْدِ مَا جَاءَهُمُ الْبَيِّنَاتُ وَأُولَٰئِكَ لَهُمْ عَذَابٌ عَظِيمٌ
«Не походите на тех, которые разделились и впали в разногласия после того, как к ним явились ясные знамения. Именно им уготованы великие мучения» (3:105).
Политическое единство — это не просто выбор одного из вариантов, а обязанность. Посланник Аллаха ﷺ сказал в хадисе, переданном Муслимом:
إِذَا بُويِعَ لِخَلِيفَتَيْنِ فَاقْتُلُوا الآخَرَ مِنْهُمَا
«Если присяга была дана двум халифам, то убейте второго из них».
Так не дать ли нам присягу одному Имаму, чтобы с его помощью противостоять этой американской гегемонии?
إِنَّمَا الْإِمَامُ جُنَّةٌ، يُقَاتَلُ مِنْ وَرَائِهِ وَيُتَّقَى بِهِ
«Имам — это щит, за которым сражаются и которым защищаются». Достоверный хадис, передали аль-Бухари и Муслим со слов Абу Хурайры, да будет доволен им Аллах.
