На пике своей слабости Исламская Умма подверглась ожесточённой западной атаке, завершившейся приходом ненавистного французского колониализма в османскую провинцию Тунис в 1881 году. Эта оккупация стала плодом негласного европейского консенсуса по своего рода обмену колониями после Берлинского конгресса 1878 года, где германский канцлер Бисмарк не раз заявлял, что Тунис слаб, разорён и лишён реальной защиты, а потому Франция может забрать его без какого-либо европейского препятствования этому.
После установления контроля и затухания сопротивления было навязано злополучное Ла-Марсское соглашение 1883 года, подписанное между французским генеральным резидентом и Али-Беем. Оно окончательно закрепило западное влияние и полное подчинение колониализму со всеми его идейными, политическими и правовыми устоями.
Декларация независимости 1956 года изменила лишь внешнюю форму колониального безобразия, но не его сущность. Национальные государства всего Магриба (Тунис, Алжир, Марокко) родились в искажённой форме, не как результат внутреннего общественного договора, а как административное наследие колониальной державы — с границами, начертанными колонизатором, и элитами, пропитанными логикой жёстко централизованного государства. Такое рождение породило государства внешне сильные, но с политически слабым обществом, где власть черпает свою легитимность из отрывочных основ: в Алжире - это освобождение, в Марокко — историческая монархия, а в Тунисе — модернизация бюрократии.
Накопившееся недовольство, вызванное коррупцией в рамках проекта «государства модерна» при Бургибе, вступившего в жёсткое противоречие с идентичностью Уммы и её образом жизни, а затем политика «искоренения источников религиозности» в эпоху Бен Али породили глубокое напряжение у целых поколений. К этому добавились экономический и политический кризисы: по оценкам, объём разворованных средств накануне революции достигал 49 миллиардов долларов. Этого оказалось достаточно, чтобы вспыхнула всенародная революция. Люди вышли против режима, породившего все эти проблемы, с ясным требованием, что стало известно как символ арабской революции: «Народ требует свержения режима», желая полностью покончить с прежним строем в пользу нового, пусть его очертания тогда ещё и не были окончательно сформированы.
Тунисский пример не является исключением среди других стран арабской революции. Эти революции были межкультурной борьбой, на которую вышла Умма и на протяжении всего времени боролась, отражая все проекты Запада. А нынешнее состояние нестабильности является следствием отказа Уммы передать руководство над собой тем, кто не представляет её идейно и не вёл вместе с Уммой идеологическую борьбу с колониализмом на протяжении всех этих пятнадцати лет революции.
Внешние силы и их планы
Очевидно, что колонизатор не оставит страны их народам просто из-за народных протестов. Поддержка Западом революций была вынужденной и строго в ограниченных рамках: он не поддерживает изменения против самого строя, не принимая ни его перестройки, ни его демонтажа. Даже демократия в западных странах, когда она угрожает суверенитету государства или централизации принятия решений, отходит на второе место после так называемой «стабильности».
После падения Бен Али западные силы с самого начала занялись направлением революционного процесса через чёткие механизмы. Саммит в Довиле в мае 2011 года заложил общую основу этого курса: обещанная финансовая поддержка переходного и учредительного этапов была жёстко увязана с условиями, прежде всего с соблюдением унаследованных международных соглашений и программ международных финансовых институтов. Более того, даже структурная реформа тунисской экономики разрабатывалась в западных кругах, что открыто признал Центральный банк, сообщив о присутствии иностранных представителей в своём высшем стратегическом комитете.
Создание политической структуры изнутри и извне
Новый тунисский политический ландшафт был сконструирован по лекалам и при участии внешних акторов и лояльных им местных элит. В формировании конституции международные силы сыграли непосредственную роль: достаточно вспомнить участие Ноя Фельдмана, главного конституционного консультанта коалиции под руководством США в Ираке, в период разработки Конституции 2014 года. Кроме того, Азад Бади, заместитель генерального докладчика по формированию Конституции в Учредительном собрании, подтвердил, что статьи Основного закона поступали из Дворца приёмов в Ла-Марсе. В избирательном плане в 2011 году была принята сложная пропорциональная система списков, обеспечивавшая широкое, но неустойчивое представительство; затем в 2014 году эта система была изменена в пользу крупных партийных списков, что открыло путь подъёму партиям «Нидаа Тунис» и «Ан-Нахда». Это изменение последовало за известной встречей в Париже, на которой были достигнуты соглашения между Беджи Каидом Эссебси и Рашедом Ганнуши. Параллельно весь учредительный период сопровождался нагнетанием обстановки через террористические акты и политические убийства.
Так называемый национальный консенсус между крупными силами не привёл к стабильности. Страна зашла в тупик под лозунгом «ни я не правлю, ни ты не правишь» на фоне внутреннего конфликта и внешнего давления с целью подписания соглашений наподобие «АЛЕКА» — всеобъемлющего и углублённого партнёрства с Европейским союзом.
Недовольство народа провалом политической элиты и разоблачёнными договорённостями подготовило почву для прихода Кайса Саида, который 25 июля 2021 года положил конец консенсусному курсу и вернул государство к модели единоличного правления, прибегая к популистской националистической риторике. Этот разворот к авторитаризму не встретил реального сопротивления Запада, напротив, был встречен молчаливым одобрением, особенно со стороны Франции и США, поскольку он обеспечивал стабильность и сохранял базовую структуру государства и геополитические интересы международных игроков.
Что требуется для выхода из кризиса
Ситуация не изменится, пока сохраняется присутствие колониализма, определяющего реальное положение дел. Перемены должны быть радикальными и нацеленными на устранение идейных, политических и правовых устоев, навязанных колонизатором на землях мусульман. Именно они породили удушающие политические кризисы — раскол, аресты, репрессии против оппонентов, а также социальные потрясения и полную отсталость, невиданные мусульманами за всю свою историю. Решение всей этой патовой ситуации требует готового проекта, выражающего мысли и чувства Уммы, исходящего из её Акыды и взглядов на жизнь.
Проект преобразований шире и тяжелее, чем просто создание национального государства, и именно этого требовали революции арабских стран. Этот проект требует новой концепции власти и государства, вытекающей из Ислама, совершенной и самодостаточной религии, а также исключительного лидера, отвечающего всем требованиям лидерства. В противном случае итогом будет провал, как это произошло с тунисской революцией, когда её захватили и возглавили паразитические, предательские и беспринципные люди.
Кроме того, процесс перемен нуждается в том, чтобы его возглавило идеологическое политическое объединение, основанное на Акыде Уммы, глубоко понимающее свою идею и ясно осознающее свою цель. И чтобы не повторить судьбу прежних движений в Умме, оно должно соответствовать двум условия.
1. Это объединение должно быть партией, основанной на Акыде Уммы, то есть на Акыде Ислама, ведущей просветительскую работу в Умме, просвещая её Исламом и очищая от порочных убеждений, ошибочных идей и искажённых понятий, а также избавляя её от влияния неверия и его взглядов.
2. Оно должно работать над тем, чтобы Ислам стал реально применяемым, а его Акыда — основой государства, основой конституции и законов. Ведь Акыда Ислама является разумной Акыдой, политической Акыдой, из которой вытекает система, решающая все проблемы человека — политические, экономические, культурные и социальные.
Этими качествами сегодня обладает лишь Хизб ут-Тахрир, который посвятил себя не приведению мусульман к власти, а приведению Ислама к власти. Сколько было мусульман, взошедших на вершины правления, но в итоге воевавших с Исламом и становившихся на сторону его врагов! Сегодняшняя обязанность — возобновление исламского образа жизни, а это невозможно иначе как путём установления Халифата по методу пророчества.
يَا أَيُّهَا الَّذِينَ آمَنُوا اسْتَجِيبُوا للهِ وَلِلرَّسُولِ إِذَا دَعَاكُمْ لِمَا يُحْيِيكُمْ
«О те, которые уверовали! Ответьте Аллаху и Посланнику, когда он призывает вас к тому, что дарует вам жизнь» (8:24).
