Противостояние между Афганистаном и Пакистаном уже продолжается третью неделю подряд, с переменной интенсивностью. Этот конфликт совпал по времени со священным месяцем Рамадан, когда в других регионах исламского мира разворачивается ещё одна война — агрессия Америки и еврейского образования против Ирана. В результате внимание к кризису между Афганистаном и Пакистаном заметно ослабло, несмотря на его серьёзные гуманитарные проблемы и угрозы безопасности.
Пакистан назвал свою операцию «Гневом справедливости», тогда как правительство Талибана ответило операцией под названием «Отражение несправедливости». Государства, такие как Катар, Турция и Саудовская Аравия, ранее игравшие роль в обеспечении прекращения огня, в настоящее время заняты другими кризисами и приоритетами. Этот информационный вакуум оказал прямое влияние на ситуацию: Пакистан воспользовался им, чтобы наносить более мощные удары по правительству Талибана.
Несмотря на заявления Пакистана о том, что целью операций является уничтожение опорных пунктов движения «Талибан Пакистана», реальная обстановка на местах показывает, что удары направлены против афганского Талибана. Пакистанская оперативная стратегия в значительной степени опирается на использование авиации: наносятся удары по складам вооружений, объектам военной инфраструктуры и военным базам, а также ведётся патрулирование с применением беспилотных летательных аппаратов. Всё это представляет собой целенаправленные усилия по ослаблению военного потенциала правительства Талибана.
Подобный подход в определённой степени напоминает тактику, применявшуюся еврейским образованием в последние годы в Сирии и Ливане — проведение точечных и регулярных авиаударов с целью постепенного подрыва инфраструктуры. В свою очередь, правительство Талибана в большей степени полагается на наземные тактические методы в защите своих позиций.
Цели, которые Пакистан стремится достичь посредством бомбардировок Афганистана:
1 — Оказание давления на правительство Талибан с целью изменения его политического и военного курса. Пакистан испытывает недовольство действиями афганского Талибана. Исламабад ожидал, что с возвращением движения Талибан к власти его стратегические и политические интересы в Афганистане будут естественным образом обеспечены. Однако Талибан не только отказался удовлетворить требования Пакистана, но и в ряде сфер стал проводить более самостоятельную линию. Кроме того, его практические и политические контакты с Индией с точки зрения Пакистана вызывают всё большую озабоченность.
Поэтому Пакистан стремится изменить поведение правительства Талибана посредством военного давления. С одной стороны, это должно вынудить афганское руководство оказывать реальное давление на движение «Талибан Пакистана». С другой стороны, это побуждает его учитывать чувствительные темы Пакистана и его интересы в большей степени при формировании внешней политики и региональных отношений.
2 — Ослабление правительства Талибана. Эта операция также соответствует целям Америки. США стремятся постоянно давить на правительство Талибана, чтобы заставить его проявлять гибкость по ряду вопросов, одновременно не позволяя ему чрезмерно сближаться с Китаем и Россией.
В этом контексте ослабление военной мощи правительства Талибана — вплоть до уничтожения части техники и возможностей, оставшихся в Афганистане после унизительного вывода американских войск, — рассматривается как желательный для Америки результат. Особенно учитывая, что Трамп неоднократно говорил о необходимости вернуть это вооружение.
С этой точки зрения Пакистан фактически достигает того, чего в значительной степени желает Америка. Трамп даже похвалил пакистанское политическое и военное руководство в ходе последнего противостояния, заявив: «Пакистан очень хорошо справляется с противостоянием Талибану».
3 — Политическое использование внешних кризисов.
В 2025 году внешняя политика Пакистана в определённой степени сумела восстановить отношения с Америкой и арабскими государствами, а также укрепить своё региональное положение. Однако во внутренних делах он столкнулся с серьёзными неудачами. В подобных условиях открытие внешнего фронта может быть выгодным для находящихся у власти личностей, поскольку позволяет отвлечь общественное мнение от внутренних кризисов, переключив внимание на внешнюю угрозу.
В прошлом эту роль играла Индия, тогда как сейчас Афганистан постепенно превращается в аналогичный центр «экспорта кризиса».
Конфликт между афганскими муджахидами и пакистанской армией является не просто пограничный спор или вопрос безопасности. Он развивается в более широком контексте соперничества крупных держав и региональной политической динамики. На протяжении десятилетий Южная Азия рассматривалась сквозь призму напряжённости между Индией и Пакистаном вокруг Кашмира. Теперь же на первый план выходит напряжённость между Афганистаном и Пакистаном — вокруг линии Дюранда.
Этот сдвиг соответствует региональной политике Америки, направленной на снижение уровня соперничества между Пакистаном и Индией путём перенаправления напряжения в сторону пакистанских племенных районов и Афганистана. С учётом взаимного недоверия и подозрительности между сторонами маловероятно, что напряжённость между ними завершится в ближайшее время; скорее она будет напоминать изнурительную войну на истощение без очевидного конца.
Исторически месяц Рамадан был временем завоеваний и великих военных побед Исламской Уммы над её противниками. Однако сегодня, к сожалению мусульмане проливают кровь друг друга в конфликтах, подпитываемых духом национализма — конфликтах, которые в конечном счёте служат интересам Америки, Индии и узкого круга пакистанского военного руководства.
Афганским муджахидам и искренним офицерам пакистанской армии следует положить конец этому кровопролитию, устранить границы, созданные британским колониализмом, и объединиться с землями мусульман под властью второго праведного Халифата по методу пророчества.
