Стремительные изменения в американо-марокканских военных отношениях уже невозможно рассматривать как простое партнёрство, посредством которого США конкурируют с Великобританией за влияние. Перед нами серьёзное движение, направленное на то, чтобы выбить почву из-под ног Британии, используя напряжённость в отношениях Марокко с Алжиром.
За короткое время эти отношения перешли от уровня двустороннего оборонного сотрудничества к гораздо более сложному формату, основанному на построении долгосрочного партнёрства, рассчитанного на целое десятилетие и связывающего географическое положение Марокко с американскими расчётами безопасности в западной части Средиземноморья и в Африке.
Так, 16 апреля 2026 года, по итогам четырнадцатого заседания американо-марокканского консультативного комитета по вопросам обороны, США и Марокко подписали дорожную карту военного сотрудничества на период 2026–2036 годов. Это соглашение стало продолжением договора о военном сотрудничестве по противодействию общим угрозам, подписанного в 2020 году, который тогда определил рамки десятилетнего оборонного сотрудничества между двумя странами.
Однако различие между двумя соглашениями заключается в характере нынешнего этапа. Если соглашение 2020 года было сосредоточено на укреплении сотрудничества и координации в противодействии угрозам безопасности, то новая дорожная карта отражает переход к гораздо более широкому партнёрству, охватывающему такие сферы, как военные технологии, оборонная промышленность, кибербезопасность, подготовка кадров и обмен опытом. Тем самым отношения становятся менее зависимыми от текущих обстоятельств и всё больше строятся на основе долгосрочного стратегического видения.
Спустя примерно три месяца был сделан наиболее значимый практический шаг: 13 июля 2026 года Вооружённые силы Королевства Марокко и Африканское командование Вооружённых сил США (AFRICOM) подписали меморандум о взаимопонимании по созданию Африканского центра подготовки и испытаний в разносторонней среде (AMTEC) в городе Тан-Тан.
Меморандум был подписан в штаб-квартире AFRICOM в немецком городе Штутгарт генерал-лейтенантом Мухаммедом Берридом, генеральным инспектором Вооружённых сил Королевства Марокко и командующим Южной зоной, а также генералом Дагвином Андерсоном, командующим Африканским командованием Вооружённых сил США.
Этот проект, включающий многофункциональный учебный полигон, академию беспилотных летательных аппаратов и центр инноваций и испытаний, свидетельствует о том, что ставка уже делается не только на традиционную военную подготовку. Акцент смещается на сферы, которые сегодня определяют характер современных войн: искусственный интеллект, радиоэлектронную борьбу, беспилотные системы и возможность испытывать новые технологии в реальных условиях боевых действий.
Именно поэтому важно рассматривать дорожную карту и планируемый центр в неразрывной связи. Этот центр не является отдельным проектом, а, судя по всему, представляет собой часть более широкой концепции, направленной на создание регионального военного потенциала, связанного с американскими стандартами и технологиями.
Чтобы понять это, необходимо обратить внимание на изменения, произошедшие в американской стратегии после окончания холодной войны. Североатлантический альянс (НАТО), который изначально был создан для противостояния Советскому Союзу и защиты атлантического пространства, после распада своего традиционного противника значительно расширил сферу своей деятельности. Его активность перестала ограничиваться коллективной обороной в пределах государств-членов, и альянс начал проводить операции за пределами своей первоначальной зоны ответственности, как это произошло сначала на Балканах, а затем в Ливии в 2011 году. Это развитие не уменьшило значение НАТО, однако изменило характер его деятельности.
Также США всё чаще начали опираться на сеть партнёров, не входящих в альянс официально, — государств, обладающих стратегическим положением и региональными возможностями, позволяющими им играть важную роль в сфере безопасности. Марокко является одним из таких государств. Хотя оно не входит в состав НАТО, оно обладает статусом основного союзника США вне альянса и поддерживает с Вашингтоном развитые оборонные отношения. Посредством этих последовательных шагов США стремятся всё теснее интегрировать Марокко в своё стратегическое планы, основанное на сохранении влияния с меньшими затратами и при большей опоре на союзников.
Главное значение Марокко заключается прежде всего в его географическом положении. Страна имеет выход к Атлантическому океану, контролирует западный вход в Средиземное море и расположена рядом с регионом Сахеля, который стал одной из наиболее нестабильных зон мира. Поэтому его ценность в американских стратегических расчётах определяется не только военной мощью, но и географией, соединяющей три стратегических пространства: Атлантику, Средиземноморье и Западную Африку.
Именно здесь проявляется значение атлантического измерения. Международное соперничество сегодня разворачивается уже не только вокруг сухопутных военных баз, но и вокруг портов, торговых путей, энергетической безопасности и цепочек поставок. На фоне усиливающегося экономического присутствия Китая и укрепления позиций России в сфере безопасности в Африке США стали уделять всё больше внимания созданию сети партнёров, способных защищать их интересы на обширном пространстве, простирающемся от Западной Африки до Средиземного моря.
В этом контексте Марокко приобретает дополнительное значение благодаря своим разносторонним связям: оборонному партнёрству с США, экономическим отношениям с Европой (которые, США стремятся ослабить), растущему экономическому присутствию в Западной Африке, а также расширению сотрудничества в области современных оборонных технологий после соглашений о нормализации отношений с еврейским образованием.
Однако подобная трансформация не может пройти без региональных последствий, особенно для Алжира. Даже если американо-марокканское сотрудничество официально не направлено против него, изменение статуса Марокко в западной системе безопасности, несомненно, окажет влияние на окружающую его стратегическую обстановку.
Алжир оказывается перед новой реальностью: на западе укрепляет свои военные и технологические позиции западный партнёр, а регион Сахеля, который долгое время являлся для него жизненно важным пространством и на фоне усиливающейся международной конкуренции за Африку переживает глубокую перестройку после ослабления французского влияния и его замещения американским.
Вместе с тем эти изменения можно рассматривать и под другим углом. Алжир обладает значительными преимуществами: выгодным стратегическим географическим положением, важными энергетическими ресурсами, а также существенным человеческим и военным потенциалом. Нынешний этап может стать возможностью для переосмысления его международной роли на основе диверсификации партнёрств, создания собственной промышленной и технологической базы (особенно в сфере тяжёлой промышленности) и сокращения зависимости от внешних игроков.
Мировой опыт показывает, что государства, сохраняющие независимость своих решений, — это не обязательно те, которые дистанцируются от всех, а те, которые способны взаимодействовать с крупными державами на равных. Этот урок может оказаться важным для Алжира и для всех, кто стремится освободиться от оков колониализма.
В конечном итоге американо-марокканская военная дорожная карта и проект AMTEC в Тан-Тане отражают изменение самого характера построения влияния в XXI веке, когда могущество основывается уже не только на военных базах, но и на сетях партнёрств, технологиях и центрах влияния.
Остаётся открытым вопрос: превратится ли Марокко действительно в одну из опор американской системы безопасности в Атлантическом регионе и Африке? Но ещё более глубокий вопрос заключается в следующем: останется ли регион Магриба пространством, где соперничают крупные державы, или же он сможет вернуть себе свою историческую роль благодаря собственному цивилизационному проекту, который восстановит его достойное место? А именно обещанный Праведный Халифат, основанный на ценностях знания, созидания и справедливости, который способен стать основой для подлинного возрождения, которое сделает Северную Африку не ареной формирования карт международного влияния, а активным участником созидания будущего.
وَاللَّهُ غَالِبٌ عَلَىٰ أَمْرِهِ وَلَٰكِنَّ أَكْثَرَ النَّاسِ لَا يَعْلَمُونَ
«Аллах властен вершить Свои дела, однако большинство людей не ведает об этом» (12:21).
