Когда мы говорим о политической сознательности, мы в первую очередь говорим о сознательности в самом Исламе. Ведь Ислам по своей сути — политическая религия: он включает в себя систему для жизни, общества и государства, и Аллах Всевышний повелел управлять делами людей именно путём установления Государства Ислама. Это значит, что Ислам по своей природе является политической идеологией. И как только Умма осознаёт Ислам как систему для жизни, общества и государства, это и станет началом политической сознательности.
Одним из проявлений слабого политического сознания у мусульман сегодня является то, что они полагают, что если к власти приходит человек, совершающий намаз, постящийся, читающий Коран, произносящий исламские лозунги и вставляющий в свою речь аяты, то этого достаточно, чтобы считать государство исламским.
Они при этом не обращают внимания на куда более важный аспект — на суть самой государственности. Ведь основой Исламского Государства является исламская акыда, и только на ней должно быть построено правление. Кроме того, в таком государстве обязаны применяться шариатские нормы и законы. Однако мы видим, как мусульмане легко присягают на верность тому правителю, кто лишь по внешним признакам выглядит набожным, в то время как правит вопреки тому, что ниспослал Аллах, то есть не по Шариату.
Когда мусульмане начинают оценивать политику, правителей, государства и режимы лишь с точки зрения того, кто находится у власти — мусульманин ли он, алавит или друз, соблюдает ли он молитву или нет — это означает, что до подлинного политического сознания Умме ещё предстоит пройти долгий путь.
Политическое сознание начинается тогда, когда мусульманин начинает смотреть на мир через призму своей исламской акыды, то есть через призму политической принадлежности, продиктованной его религией, стремясь к господству исламской акыды в жизни, к возвращению власти Шариата на землю, к обретению Уммой власти в своих странах. Это значит видеть перед собой задачу несения исламского призыва миру, разоблачения враждебных идеологий и борьбы с планами колониалистов, стремящихся подчинить себе нашу Умму, нашу землю и весь исламский мир. И когда подобный взгляд станет доминирующим среди мусульман, тогда можно будет сказать, что Умма достигла уровня политического сознания.
Внимательный взгляд на жизнеописание Пророка ﷺ показывает нам, что с момента начала ниспослания Откровения его взор был устремлён ко дню, когда Ислам обретёт политическое господство. Существует расхожее мнение, будто он ﷺ лишь призывал к вере, не стремясь к власти Ислама, будто его просто «вывело на государство течение событий». На самом деле всё было иначе. Пророк ﷺ с самого начала вёл свою деятельность так, чтобы изменить общественное мнение в Мекке, чтобы вывести общество из джахилийской идентичности к исламской. Его целью было создание исламской среды, где Ислам станет образом жизни. Когда же он увидел, что общество Мекки застыло и не готово к переменам, он стал искать другую социальную базу. И так продолжалось, пока Аллах не раскрыл сердца группы жителей Ясриба. После этого исламский призыв начал распространяться в их среде, пока Ясриб не стал первым Дар уль-Ислям, где утвердился исламский образ жизни. Именно оттуда началось преобразование всего мира.
Пророк ﷺ вёл себя как государственный деятель ещё до того, как стал главой государства. И так поступали все халифы после него, как праведные, так и те, кто пришёл позже. Несмотря на уклонение от прямого пути в период перехода к наследственной власти, политическое сознание не исчезло из мусульманской Уммы и правящих элит.
Начиная с халифов династии Омейядов, продолжая Аббасидскими халифами в первые периоды, и до могущественных султанов Османской державы история свидетельствует об их политической гениальности, их дипломатии и манёврах на международной арене, о взаимодействии с другими государствами и правителями, исходя из исламской акыды и миссии Ислама как послания для всего мира. Именно это сделало Исламское Государство величайшей державой своего времени, существовавшей на протяжении многих веков.
Такое политическое сознание, в том смысле, как мы его описали, является фардом для каждого мусульманина. Это не вопрос различий в интеллектуальном уровне между людьми. Да, люди различаются в способностях к анализу политических событий, в глубине понимания и осведомлённости. Но каждый мусульманин обязан смотреть на политические события сквозь призму своей исламской акыды.
Ни в коем случае не позволено мусульманину, вне зависимости от его умственных способностей и уровня образования, оценивать происходящее в мире с узкой национальной позиции: как ливанец, сириец, палестинец, иракец… Это не вопрос способностей, это вопрос понимания Ислама, степени преданности ему, уровня набожности и богобоязненности.
Безусловно, в каждом обществе есть элита — наиболее способные к осмыслению политической реальности, к анализу и прогнозу. И чем сильнее связь такой элиты с общественным мнением, тем значительнее её влияние. Эти люди обязаны распространять своё осознание на общество, быть катализаторами его пробуждения.
Ответственность за это лежит на плечах политически сознательных индивидуумов, на исламских партиях, политических и просветительских организациях, институтах, медресе — на каждом, кто осознаёт, что происходит в мире, и способен доносить до людей истинный взгляд на события.
Последние события в Сирии ясно указали на слабость политического сознания у большинства мусульман. Как только пал преступный сектантский режим, многие жители страны и соседних регионов, испытывающие на себе последствия сирийской трагедии, посчитали, что цель достигнута, что кризис завершён, и теперь можно спокойно строить свою страну, ведь отныне у них есть государство.
Они не обратили внимания на то, что новая власть не несёт в себе исламского политического проекта. Более того, она вообще не предлагает никакого проекта! А между тем, тот проект, который сегодня реализуется в регионе, включая Сирию, — это американский проект.
Эти люди не видят в этом угрозы, думая лишь об избавлении от прежнего преступного режима. Однако всё это указывает на то, что они по-прежнему не осознают свою миссию, как Уммы, которую Аллах сделал свидетельствующей о человечестве. Они не осознали опасности быть частью американской колониальной системы, не осознали угрозу сосуществования с еврейским образованием, стремящимся реализовать проект «от Нила до Евфрата», и стали инструментом США по подчинению региона.
Они не поняли, что они не просто сирийцы, ограниченные границами, навязанными колонизатором, а часть великой Исламской Уммы. Их задача — утвердить господство Шариата, жить по Исламу, руководствоваться шариатскими законами и нести Ислам миру как послание.
И они до сих пор не поняли, что именно исламская экономическая система — это то, что положит конец бедности, выведет их из зависимости от глобальной капиталистической системы и решит их экономические проблемы.
И самое болезненное в этом — то, что такую слепоту и политическую инфантильность закрепляют некоторые муфтии и алимы, оправдывающие тяжкий грех управления не по Шариату. Для них достаточно, что правитель — мусульманин, читающий намаз. Такой человек, по их мнению, становится «великим имамом», которого надо слушаться, даже если он союзник врагов Аллаха, Его Посланника и верующих!
