С момента падения режима клана Асадов в Сирии всё чаще звучат разговоры о необходимости достижения так называемого правосудия переходного этапа — иными словами, справедливости, которая обеспечила бы переход от тиранической и деспотичной системы к новому порядку, способному восстановить права народа, пережившего за четырнадцать лет самые жестокие формы репрессий и насилия.
Однако здесь встаёт ключевой вопрос: кто именно являются преступниками, заслуживающими того, чтобы их настигла рука правосудия? И получили ли они на самом деле заслуженное наказание и привлечение к ответственности, способные утешить сердца матерей, потерявших сыновей, и хоть немного исцелить раны истерзанного сирийского народа?
Без сомнения, первыми, кто должен быть привлечён к ответственности, являются политические, военные и силовые руководители режима Башара. Но реальность демонстрирует прямо противоположное. Мы видим, что многие из них были помилованы и на их преступления предпочли закрыть глаза. Так, например, Мухаммада Гази аль-Джаляли, бывшего премьер-министра, вместо того, чтобы арестовать его и предать суду, встречают в Дамаске в день его освобождения, с ним ведут дружеские беседы при обсуждении передачи власти в стране. Более того, позже мы видим его среди участников торжеств по случаю годовщины освобождения.
Что касается Фади Сакра, одного из ключевых военных и силовых преступников, связанных с «шабиха», то он стал одним из учредителей Комитета гражданского мира. Более того, он выступает посредником в освобождении наёмников «шабихи» и солдат режима из тюрем под расплывчатым и широким предлогом того, что «их руки не запятнаны кровью». И всё это на фоне того, что причастность самого Фади Сакра к преступлениям и то, что его руки по локоть в крови, не подлежат сомнению. Он является одним из непосредственных ответственных за резню в районе ат-Тадаммун, а также за преступления сил «Национальной обороны», которые он возглавлял в Дамаске.
Что же касается судей прежнего режима, выносивших смертные приговоры и длительные тюремные сроки тысячам невиновных, то некоторые из них продолжают спокойно работать в судах новой сирийской администрации. Они выносят решения на основании тех же законов, которые были приняты прежним режимом и которые сами по себе стали одной из главных причин страданий и несправедливости, пережитых сирийским народом.
Аналогичная ситуация и с финансовыми фигурами режима, такими как Мухаммад Хамшо: ему был предоставлен своего рода «сертификат невиновности», преступления прошлого были закрыты одним росчерком пера, и он продолжает вести свой бизнес, не понеся никакой ответственности. И это при том, что он заслуживает судебного преследования за свои преступления и за неограниченную финансовую поддержку режима Башара — поддержку, которая напрямую использовалась для убийства участников революции.
Даже те знаковые фигуры режима Асада, которые были арестованы, такие как министр внутренних дел Мухаммад аш-Шаар, занимавший также пост главы управления политической безопасности, и Атыф Наджиб, начальник отдела военной разведки в Дараа и двоюродный брат Башара, сыгравший ключевую роль в разжигании протестов в начале революции, а также Ибрахим Хувейджа, глава управления военно-воздушной разведки, и муфтий режима Ахмад Хасун, по всем ним были сняты видеоролики, якобы демонстрирующие судебные процессы. Но в голове не укладывается то, что по прошествии целого года их «суды» так и не завершились, и их вина до сих пор не была доказана, что привело бы к возмездию по принципу «кровь за кровь», или хотя бы они были бы привлечены к ответственности по светскому законодательству, принятому новой администрацией?!
Реальность такова, что никто из них не был реально осуждён, и ни один из приспешников преступного режима не был привлечён к ответственности. Напротив, мы видим, как их выпускают на свободу одного за другим до такой степени, что тюрьмы едва ли не опустели от них.
В то же время эти массовые освобождения наёмников «шабихи» режима Асада и его приспешников совпали с судебным преследованием примерно тридцати ребят из Хизб ут-Тахрир, в отношении которых были вынесены несправедливые приговоры сроком от трёх до десяти лет, несмотря на то что все они были арестованы ещё до освобождения Сирии. Их единственное «преступление» в глазах тех, кто их арестовал, заключалось в том, что они высказывали своё мнение. Они выступали против курса «Хайат Тахрир аш-Шам» того времени, который вёл к замораживанию фронтов, подчинению турецкому влиянию и выполнению указаний государств, стремившихся к примирению повстанцев с преступным режимом. Это был путь к американскому «политическому решению» и реализации резолюции 2254, предусматривающей слияние оппозиции с режимом, формирование совместного правительства, забыв о преступном прошлом режима клана Асадов.
Притеснение коснулись не только ребят из Хизб ут-Тахрир, они затронули и других узников совести. Некоторые из них были арестованы ещё до «освобождения», как, например, шейх Абу Шуайб аль-Мысри и Абу Яхья аль-Джазаири. Другие были задержаны недавно за мнение, не совпадающее с курсом правительства аль-Джулани, за видеоролик или комментарий в социальных сетях. Среди примеров этому - арест американского журналиста Билаля Абдулькарима в городе аль-Баб с перекрытием дорог и его блокированием большим количеством военной техники, словно он военный преступник, также арест медийного деятеля Мурада Махалли в городе Джараблус после рейда на его дом, оскорблений в адрес его семьи и уничтожения его журналистского оборудования.
Даже мухаджиры, поддерживавшие революцию, не избежали репрессий и арестов, такие как мухаджир Абу Дуджана ат-Туркестани и Абу Ислам аль-Узбаки, не говоря уже о военном нападении, которое силы безопасности новой администрации предприняли против лагеря французских мухаджиров, но были вынуждены отступить под давлением СМИ.
Даже те, кто призывают к открытию боевых фронтов для прекращения сепаратистского мятежа, сталкиваются с той же участью. Так произошло с активистом Абу Шабухом аль-Фурати, который выступил с видеообращением вместе с группой бойцов и призвал к освобождению сирийской Джазиры от сепаратистских сил «СДС». Итогом для него стала тюрьма.
Сегодня мы совершенно очевидно наблюдаем объявление терпимости, прощения и амнистии преступникам и убийцам, что является явным нарушением норм справедливости. В то же время те, кто высказывают своё мнение, подвергаются преследованию и криминализации, что явно нарушает даже законы и конституционную декларацию, принятые самой же этой администрацией. Более того, в угоду внешним директивам, особенно после присоединения переходной администрации к американскому альянсу по «борьбе с терроризмом» в западном понимании, то есть с Исламом, криминализируются даже те, кто когда-то пришёл на помощь восставшему народу из числа мухаджиров.
Иными словами, сирийская администрация не осуществляет подлинного правосудия переходного этапа и даже не соблюдает минимальные стандарты справедливости. Вместо этого она практикует избирательную политическую враждебность по отношению к широким слоям сирийского общества и к революционной народной базе, которая сегодня чувствует себя оттеснённой и маргинализированной на всех уровнях, а порой и преследуемой за требования реализовать цели революции. В то же время происходит сближение с окружением павшего режима и попытка расположить его к себе и сделать опорой вместо революционной народной базы.
Правосудие переходного этапа — это не лозунг, который поднимают, и не медийный продукт для потребления. Это реальный путь, который возможен лишь при привлечении к ответственности всех преступников без исключения, при восстановлении прав жертв без дискриминации и при защите свободы выражения мнения без избирательности. Любой политический проект, который игнорирует эти ценности или подменяет справедливость сделками, а ответственность угождением, не способен заложить основы стабильного государства. Напротив, он вновь воспроизведёт тиранию в новом обличье и посеет семена грядущего конфликта, который неизбежно вспыхнет.
Либо это будет подлинная справедливость, оправдывающая принесённые огромные жертвы, а это возможно лишь через применение системы Ислама, либо мы движемся по тёмному туннелю, который несёт угрозу надеждам сирийцев и лишает «освобождение от тирана» всякого смысла.
