Газета «Ар-Рая»

Иран объясняет новую волну протестов, вспыхнувших в стране в конце декабря, внешним вмешательством. Подобные формулировки для Ирана не новы: они использовались на протяжении десятилетий — начиная с «зелёного движения» 2009 года и далее во время протестов 2017, 2019 и 2022 годов. Во всех этих случаях акцент делался на роли иностранных сил, стремящихся дестабилизировать ситуацию и ослабить государство. Однако это объяснение, каким бы удобным оно ни было для властей, не отвечает на главный вопрос: почему масштаб протестов со временем расширяется, охватывая всё более широкие слои общества, и почему они вспыхивают вновь и вновь?

Со времён мекканского периода, а именно с ниспослания слов Всевышнего:

الٓمٓ * غُلِبَتِ الرُّومُ

«Алиф. Лям. Мим. Повержены римляне» (30:1,2),

28 раджаба 1342 года по хиджре, что соответствует 3 марта 1924 года, в Стамбуле — столице Ислама и мусульман — произошло страшное «сотрясение», перевернувшее всё с ног на голову. Оно изменило ход истории, раскололо великую Умму, низвергло справедливый Шариат, унизило достоинство мужчин и распространило нечестие по всей земле. Тогда дьявол по имени Мустафа Кемаль, опиравшийся на дьяволов из людей — предателей из числа арабов и турок, по прямому замыслу Британии, возглавлявшей в те дни мировое неверие, разрушил Халифат как систему правления в Исламе, отделил религию от жизни, загнав её в узкие рамки обрядов поклонения и норм нравственности.

События, вспыхнувшие в последние дни в провинции Хадрамаут, были спровоцированы объявлением 21 ноября 2025 года о передаче американской компании «Jannah Hunt» права на эксплуатацию нефтяного блока № 5 в провинции Шабва, расположенной рядом с Хадрамаутом, добыча в котором была прекращена в октябре 2022 года. Это объявление совпало с усилением контроля Альянса племён Хадрамаута, поддерживаемого Саудовской Аравией, который сформировал собственные силы, начав расширяться и теснить британских агентов.

После американской оккупации Ирака в 2003 году Совет Безопасности ООН принял резолюцию №1500 от 14 августа 2003 года, предусматривающую создание Миссии ООН по оказанию помощи Ираку (ЮНАМИ). Это решение не принималось по запросу самого Ирака. Заявлялось, что цель миссии — помочь стране перейти к новому этапу политического и экономического развития и наладить «позитивное взаимодействие» с международным сообществом посредством консультаций, поддержки и содействия иракскому правительству в решении проблем на местном, региональном и международном уровнях.

Венесуэла всегда была близка к Соединенным Штатам, но при Николасе Мадуро она превратилась из страны, вращающейся в сфере влияния США, в геополитический клубок проблем у неё под боком. С этого момента конфликт перестал быть просто разговорами о правах человека или легитимности выборов. Он стал борьбой за, принятие решения в стране, контроль богатств и перекраивание географии влияния.

На пике своей слабости Исламская Умма подверглась ожесточённой западной атаке, завершившейся приходом ненавистного французского колониализма в османскую провинцию Тунис в 1881 году. Эта оккупация стала плодом негласного европейского консенсуса по своего рода обмену колониями после Берлинского конгресса 1878 года, где германский канцлер Бисмарк не раз заявлял, что Тунис слаб, разорён и лишён реальной защиты, а потому Франция может забрать его без какого-либо европейского препятствования этому.

На протяжении более трёх десятилетий Сомалиленд находится в уникальном положении в рамках международной системы. Это регион, обладающий основными атрибутами государства — управлением, системой безопасности и относительной стабильностью, однако лишён ключевого элемента с точки зрения международного права: международного признания в качестве независимого государства.